Бабу-Ягу заслуженно называют самым известным и узнаваемым славянским сказочным персонажем. Обычно, когда речь ведут о Бабе-Яге, то имеют в виду уродливую старуху, сидящую в ступе и держащую в руках метлу. У нее костяная нога, ее волосы страшно всклокочены, длиннющий нос загибается крючком прямо к подбородку, а изо рта торчат редкие безобразные зубы.

  Она владеет разными магическими предметами, умеет колдовать. Жилищем ей служит изба, перемещающаяся на ножках, называемых курьими, а любимым лакомством – добрые молодцы и бедные заблудившиеся детишки. Бабу-Ягу считают настоящим злом во плоти, поэтому неудивительно, что ею часто пугают непослушную малышню. Но на самом деле такое понимание этого персонажа не соответствует первоначальным представлениям наших предков о нем.

  Конечно, Бабу-Ягу и в прежние времена не считали доброй и милой старушкой, но и чистым воплощением зла она никогда не являлась. Вспомните хотя бы те сказки, в которых она показывается не как злодейка, а как помощница и советчица главного героя. А таких сказок немало – может даже больше, чем тех, где она выступает как лиходейка и душегубка.

  Так что же: добрая или злая, в конце концов, Баба-Яга? Оказывается, ни то, ни другое. Баба-Яга – очень противоречивый персонаж нашего фольклора: она действительно может заманить и съесть главного героя, а может подсказать ему, как выбраться из леса, да еще и коня подарить. А все потому, что в образе Бабы-яги наши предки представляли саму природу, которая была для них одновременно величественной и пугающей. Они восхищались природой и ее дарами, без которых жизнь была бы попросту невозможна, и в то же время страшно боялись её могущества и неуправляемости.

  Так, Баба-Яга в сказках изображается как повелительница стихий и хозяйка леса: она разговаривает с разной живностью, имеет власть над ветрами, дикими животными. Впрочем, это лишь одна из её ипостасей: как мы уже сказали, Баба-Яга – персонаж сложный и многогранный. В образе Бабы-Яги также отразились представления древних славян о том, что происходит после смерти. Они считали, что знакомая нам злодейка является проводником в мир, в котором живут предки. Об этом говорит хотя бы ее место жительства в сказках, в каких-то немыслимых далях, «за тридевять земель…», дальше которых начинается тьма. При этом ее дом защищен изгородью, материалом которой служат человеческие кости. Это ли не описание границы, перехода между двумя мирами. Ну а непосредственным входом в потусторонний мир является дом Бабы-яги. Подумайте только: в ее избу даже войти нельзя, не сказав «кодовой» фразы, после которой избушка повернется к лесу задом, а к говорящему – передом.

  Да и что такое «курьи» ножки? Считается, что «курьи» означает «куриные», и в современных интерпретациях старинных сказок избушку Бабы-Яги действительно изображают стоящей на лапах, напоминающих лапы курицы. И это неспроста: у некоторых племён «усыпальницами» были домовины («избы смерти»), которые клали на высокие пни с торчащими корнями. Эти пни схожи с куриными лапами (по другой версии пни обжигали и окуривали дымом, предохраняя от грызунов и насекомых, в таком случае правильное звучание - «курные» ножки). При этом отверстие домовин смотрит всегда на лес.

  Живя в своей избе, то есть «избе смерти», Баба-Яга и сама при этом является мертвецом. Об этом говорит хотя бы то, что в сказках она почти никогда не предстает перед героями идущей или даже просто стоящей на ногах: она то лежит на полу, печи или полатях, растянувшись из угла в угол, то летает в своей ступе. К тому же она описывается как подслеповатая, а слепота – неизменный атрибут смерти у древних.

  Внешность Бабы-Яги тоже имеет много общего с мертвецами. Во-первых, у нее лохматые волосы, а женщины на Руси никогда не ходили на людях с распущенными волосами. К тому же костяная нога, что тоже говорит о ее принадлежности к покойным (покойников хоронили ногами к выходу, так что если кто заглядывал в домовину, то в узком окошке видел лишь кости ног) и длиннющий крючковатый нос («нос в потолок врос», говорится в сказках – это означает, что Баба-Яга спит в гробу-домовине, и ее нос такой длинный, что достигает его крышки).

  Кроме того, Баба-Яга, как существо из мира мертвых, не переносит человеческий дух. Это говорит о том, что люди не частые гости во владениях Бабы-Яги. Но если уж они к ней попадают, то, независимо от их нужд, Баба-Яга совершает над ними определенные ритуалы, которые обычно совершают над покойниками: омывает их в бане, а потом кормит обрядовым, «покойницким» угощением. После этих манипуляций, герой может, наконец, проникнуть в иной мир, чтобы добыть там нужную вещь или спасти пленную царевну.

  Вот почему отношение к Бабе-Яге в древности было двояким: ее боялись и пугали ею детей, но в то же время верили, что она может помочь, если будет в настроении или если ее задобрить. В этом отражается отношение древних Славян к покойникам, к умершим – боялись их. В то же время тревожили их, когда возникала необходимость в решении какой-то серьезной проблемы.

  Если теория о Бабе-Яге как выходце из потустороннего мира верна, то этот персонаж первоначально мог быть Божеством Смерти, которое наши предки представляли в виде женщины со змеиным хвостом. Это божество охраняло вход в потусторонний мир и переправляло туда души умерших. Возможно, и костяная нога Бабы-Яги появилась из этого представления: есть мнение, что изначально она изображалась с одной ногой, подобно змее, и только потом появилась вторая нога – костяная. Отсюда также могло возникнуть имя персонажа: на древнеиндийском языке – языке древних Ариев, с которыми у Славян есть общие корни – слово «ахи», потом преобразовавшееся в «яга», означает «змей».

  В образе Бабы-Яги нашло отражение и отношение наших предков к ведуньям, знахаркам, которые лечили людей. Такие женщины чаще всего жили на окраине поселения, ближе к лесу. В таком случае имя персонажа могло произойти от древнерусского слова «яза», что означает «немощь», «болезнь». К таким женщинам особенно часто обращались, когда болели дети, и тогда они проводили особый обряд: ребенок заворачивался в пласт теста, с которым клался на хлебную лопату и три раза отправлялся в печь. Далее ребенок разворачивался, а тесто съедали собаки – считалось, что это навсегда изгонит болезнь.

  Этот обряд очень похож на попытки сказочного персонажа съесть заплутавшего в лесу ребенка, не правда ли? Но почему этот обряд, по сути, из положительного превратился в отрицательный? Скорее всего, это произошло с приходом на Русь христианства, когда началось активное исключение из народных традиций всего языческого.

  Но языческое в народных традициях оказалось очень крепким: Баба-Яга хоть и стала изображаться злодейкой, желающей кого-нибудь съесть, так никого не съедала. И даже, наоборот, помогала. Вот и объяснение странному поведению этого персонажа: она всегда хочет изжарить кого-нибудь в печи, а в итоге отпускает своего пленника, да еще и одаривает его полезными магическими вещицами.

You have no rights to post comments